Апр 052014
 

Для меня кажется важным, чтобы дети росли и видели нормальное, честное тело. Мне приходится прикладывать к этому определенные усилия, потому что если никаких усилий не прилагать, то они увидят тело, все равно увидят. Но в рекламе. А там тело «специального использования», адаптированное для восприятия и несущее определенную идею. Все мои усилия вписываются в мой образ жизни. При этом я очень благодарна тем, кто пишет на эту тему, и еще больше благодарна тем, кто на эту тему фотографирует.

Это и http://styyuuush.livejournal.com/ с моей любимой фотографией, так нашумевшей в сети.

И статья Лу Брили (целовавшая Камбербэтча) об отношении к своему телу
Галерея груди нормального вида, выглядит несколько странно и непривычно, когда грудь отдельно от человека. http://www.007b.com/breast_gallery.php

И особая благодарность за «Сисек пост». Скопирую его сюда целиком, любоваться. Тут есть что обсудить. У меня совершенно другая форма груди, и мне было очень интересно посмотреть как все устроено иначе. Мою честную грудь я тоже покажу, так будет действительно честно.

А теперь статья Настасьи.

Originally posted by at Сисек пост

Меня часто спрашивают в комментариях к фотографиям, не беспокоят ли меня щипки и выкручивания сосков. Чаще даже не спрашивают, а просто ужасаются и жалеют мою бедную грудь. Сейчас я вам все расскажу про мою грудь. Она на самом деле богатая и щедрая. На ней затейливым узором выступают голубые вены, по которым течет кровь, превращаясь затем в молоко. На ней множество мелких растяжек, похожих на марсианский пейзаж.

Она может за полдня в отсутствие кормления налиться молоком, раздуться до 4го размера, оставлять на хлопчато-бумажной майке смешные пятна от подтекающего молока, и так же быстро может сдуться, отдав все накопленное за полдня молоко жадным сосункам, блаженно-устало обвиснув. Моя грудь очень удобна. Я могу кормить лежа сразу двоих детей в комфортной позе, чаще всего я сплю или дремлю во время такого кормления.

Я могу кормить ребенка в слинге даже в неприспособленной для кормления одежде с высокой горловиной — моя грудь тянется во все стороны.

Мои соски можно оттягивать и крутить — обычно это не больно, бывает неприятно во время месячных. Больно когда кусают, больно когда щипают ногтями, больно когда играем с детьми в табун диких осликов и кто-то случайно пнет, прыгнет или наступит на грудь. Когда больно и неприятно — я об этом говорю и пресекаю.



Я склоняюсь к мысли, что боль, неприязнь и раздражение от выкручивания сосков детьми во время кормления связаны с отношением к своему телу, с идеями о том, что можно и что нельзя, что приемлемо, а что нет. Большая часть боли — это телесное выражение нашей убежденности в том, что нечто должно быть больно. Большая часть нашей неспособности что-то делать и как-то функционировать — это солидарность нашего тела с нашими идеями о том, что мы вот этого не можем и вот на это не способны. Я, конечно, не имею ввиду что-то запредельное — типа поверить в свою способность летать, и вдруг начать летать. Но сколько женщин не могут кормить, потому что ни они сами, ни окружающие их люди не верят в их способность это делать? Сколько женщин боится и не может рожать без вмешательств? Сколько женщин не может получать удовольствие от секса во всех его неожиданных и непривычных проявлениях? Вообще идея собственного удовольствия, удовольствия от себя и для себя, наслаждения встречает у женщин неосознанный, но серьезный отпор — настолько эта тема табуирована и подавляема, неприемлема, неудобна для общества.
Но вернемся к груди..
Мне было больно и неприятно кормить старшую во время беременности где-то со второго триместра. Или я была просто уставшая и раздраженная, а боль появилась как индульгенция к этому раздражению, как оправдание для сокращения кормлений, я не знаю. Но ближе к родам боль ушла и я с удовольствием кормила. И после родов стала кормить двоих детей, замечая, что неприятные ощущения от кормления появляются тогда, когда я устаю или лелею в голове мысль пойти заняться чем-то другим вместо того, чтобы лежать и кормить дочку, которая «уже большая и может обойтись».
В любом случае, я не могу сказать, что моя грудь стала менее чувствительной, раз мне не больно, наоборот — у меня появилось много и ярких и едва уловимых ощущений, и каждому ощущению — свое время.

Как и прежде, соски твердеют на холоде и расплываются на жаре.

Но прежде никогда мне не приходилось испытывать такого приятного волнения от прикосновений мужчины, такого благого возбуждения от того, как он целует и сосет грудь, такой пробирающей до нутра щекотки от молока, бегущего по протокам прямо ему в рот. И такого невыносимого чувства близости, когда он возвращает мне часть моего сока в поцелуе. Нам нравится вкус моего молока =) сладкое. Так что — нет, моя грудь не потеряла чувствительность, а тем женщинам, кто думает об операции по подтяжке и увеличению груди из соображений секса, возможно этот пост поможет взглянуть по-другому на секс, на грудь и на удовольствие. Я, пожалуй, никогда не сделаю операцию. Потому что я ценю те ощущения, которые мне дает моя настоящая обвисшая растянутая молочная грудь. Я ценю ощущения своих детей от прикладывания к моей груди. И я ценю ощущения любимого мужчины от прикосновений к ней, так же как свои — от его прикосновений. Я получаю удовольствие от своего тела, от чужого тела, от соединения тел и душ. И я не променяю это на внешний вид, на удовольствие от «казаться», а не «быть и существовать». Хотя по зашкаливающему числу сисечных автопортретов в этом посте, понятно, что от внешнего вида своей груди я тоже получаю эстетическое удовольствие =)

Всем приятных сисек!
Ваша Настасья.