Сен 022013
 

Меня раньше очень цепляло, когда врут. Не могу сказать, что не врала я, но меня это цепляло тоже, еще больше. Как демотиватор «ты безвольная тряпка!». Вроде как знаешь, что плохо, но продолжаешь делать.
Потом появились дети и мне стало понятно, что если они мне врут, то я создала такие условия, когда соврать проще, чем сказать правду.
Долго обижало то, которое было перед разводом. Ранило-ранило, почти потопило.
А теперь я прочитала фразу, и бумц, рычаг повернулся, я не могу обижаться на других взрослых людей когда они врут. Пусть даже мне, пусть даже в важных вещах.
«Человек, который врет, добровольно отказывается от собственной реальности в пользу выдуманной». Я бы добавила «продает», так точнее обмен показывается. За несуществующий эквивалент стоимости.
Объективной реальности не существует. Каждый живет в своей вселенной, наполнение которой зависит от личного словарного запаса и фантазии. К богатству фантазии я отношусь с таким же доверием, как в той притче: солдату перепало очень много денег и единственное, на что он решился их потратить, так это купить себе парчовые портянки. Именно поэтому постановки целей в виде узкой визуализации мне кажутся примитивными и ограниченными.
И теперь течешь себе, и как индикаторы отслеживаешь. Где дернуло соврать? В каком месте моя реальность меня не устраивает? Почему я доверяю своей фантазии больше, чем миру?
И смотришь на врущих людей. Врущих себе, врущих мне, врущих друг-другу. Отказ, отказ, отказ. «Я не живу свою жизнь, я сплю». Это не хорошо, это не плохо, это не болезнь. Симптом, индикатор, состояние на сейчас, когда кому-то проще жить именно так. Возможно, кто-то просыпается.